Махабхарата – величайший летописный памятник Культурного Наследия Древней Руси. Часть 19. (Бхагавад Гита. Часть 1).

Автор: Всеславъ − соратник Родобожия.

В девятнадцатой части этой статьи мы продолжаем знакомство с Махабхаратой, осмысливая её Древние Славяно-Арийские образы. Перед началом чтения 19-й части этой статьи советую прочитать сначала её предыдущие части:

 

Разъяснение древних Славяно-Арийских образов.

Разъяснение образов, встречающихся в этой главе, даётся не в алфавитном порядке, а для удобства усвоения их смысла – в порядке их появления в тексте стихов.

Крышень: Верховная Личность Бога Вышеня (отсюда «крыша» - верхняя часть дома) - проявление Высшей Личностной Сути Прародителя.

Дхриштадьюмна. В соответствии с Симфоническим Санскритско-Русским Толковым Словарём Махабхараты академика Б.Л. Смирнова (в дальнейшем, для краткости – ССРТСМ) разъяснение таково: Dhrstadyumna – (drista — радостный, зримый дерзостный; dyumna — блеск, сияние, огонь); собственное имя сына Друпады; Дхриштадьюмна убил в бою Дрону, а сам был убит Ашваттхаманом..

Чтобы понять образное значение имени Дхриштадьюмна, нужно заменить некоторые взаимозаменяемые буквы – «ш» на «с» и «ю» на «у». В результате получим имя Дхристадумна:  Д – Добро, Х – Хиер (взаимосвязь земного и Небесного), Р – Реце, Речение, И – Истина, Ста = 100, Дум – Думающий, Н – Ны (Наш), А – Асъ (Азъ – Богочеловек). Совместив образы воедино, получим: «Наш Богочеловек, стократно думающий и рекущий о Небесной взаимосвязи Добра и Истины».

Чекитана. В соответствии с ССРТСМ: Cekitаna – эпитет Шивы; имя одного царя – сторонника Пандавов.

Рассмотрим образное значение имени Чекитана: Че (Чи, Ци) – Жизненная Сила, Ки – Руна «Разрушение», Т – Твердо (Непреклонно), Ан – Противник (Антогонизм), А – Асъ (Азъ – Богочеловек). Объединённый образ: «Богочеловек, непреклонно разрушающий Жизненную Силу противников».

Шикхандин. В соответствии с ССРТСМ: Сikhа – «хохол», узел волос на голове. Сikhaтdin – «хохлатый, носящий волосы узлом»; имя Витязя — в прошлом воплощении царевны Амбы, отвергнутой своим женихом после её кражи со сваямвары Бхишмой. Силой аскезы она добилась в следующем воплощении возможности сразиться с Бхишмой и убить его.

Чтобы понять образное значение имени Шикхандин, сменим взаимозаменяемые буквы «ш» на «ч» и получим Чикхандин: Чи (Ци) – Жизненная Сила, К – союз, Ха – Эволюционная Сила Прародителя, Н – Ны (Наш), Д – Добро (Имущество), Ин – Женская Сила Прародителя. Совместив образы воедино, получим: «Наш обладатель Чикхи (хохла, оселедца), и Женской Силы Прародителя». Чтобы лучше понять суть имени Чикхандин, надо учесть, что это имя нарицательное, которое получила Амба в новом воплощении с целью убить Бгижму. Как женщину её не допустили бы к сражению, поэтому они нашла способ с помощью магии временно вселиться в мужское тело. При этом, её Жизненная Сила оставалась женской. Так её и узнал Бгижма на поле брани, отказавшись сражаться с женщиной в мужском теле. Но Чикхандин-Амба всё равно явился причиной смерти Бгижмы, убив его с помощью Арджуны.

Сатъяка. В соответствии с ССРТСМ: Satyaka – «праведный», сын Сатьяки, возничего Кришны.

Образное значение имени Сатъяка таково: Сат – Небесный Свет, Ъ – Твердо (Утверждение), Я – Местоимение, Ка – Руна «Союз, Единение». Совместив образы воедино, получим: «Я – утверждающий единение с Небесным Светом».

Крипа. В соответствии с ССРТСМ: Krpa – «милосердие, сострадание»; мужское имя.

Рассмотрим образное значение имени Крипа: К – союз, Р – Реце, И – Истина, П – Покой, А – Асъ (Азъ – Богочеловек). Объединённый образ: «Богочеловек, рекущий об объединении Истины и Покоя».

Шалъя. В соответствии с ССРТСМ: Сalya - острие (стрелы), кинжал, заноза; посторонний предмет, внедрённый в тело; в медицине — зародыш. Дядя Пандавов с материнской стороны, сторонник Кауравов.

Образное значение имени Шалъя таково: Шала – порода высокого, мощного и раскидистого древа, Ъ – Твердо, Я – местоимение. Совместив образы воедино, получим: «Я – утверждаюсь как Шала».

Критаварман. В соответствии с ССРТСМ: Krtavarman – «совершенная броня», Раджа рода Сатватов, из племени Ядавов; сын Хридики, сражавшийся на стороне Кауравов: один из трёх Кауравов, уцелевших после битвы на Поле Куру; участник коварного нападения на лагерь спящих Пандавов, ночью, во время перемирия.

Рассмотрим образное значение имени Критаварман: К – союз, РИТА – Небесный Конъ о Чистоте Рода и Крови, В – Веды, Ар – Земля, Ман – Ум (Человек). Объединённый образ: «Земной человек, ведающий Небесный Конъ о Чистоте Рода и Крови».

Ашваттхаман. В соответствии с ССРТСМ: Aсvatthaman - aсva+sthаman – «конская стойкость, сила». Один из сыновей Брамина Дроны, заслуживший позорную известность в битве: он прокрался в спящий во время перемирья лагерь Пандавов и перебил там всю молодёжь. Нападение на безоружного или спящего врага считалось по тогдашним законам позорным, преступным делом.

Образное значение имени Ашваттхаман таково: Ашва (в санскрите) – конь. Возможно, это искажённое слово «Гажва» (Га – Путь, Жва – Жвачный) – «Жующий в пути». Доныне в нашей речи сохранились похожие слова: гужва – гужевой (транспорт на конной тяге), Т – Твердо (Утверждение), Ха – Сила Эволюционного Развития, Ман – Ум (Человек). Совместив образы воедино, получим: «Человек, утверждающий с конской мощью – Силу Ха (Эволюционного Развития)».

Санджая. В соответствии с ССРТСМ: Sanjaya - «победный», «победа»; мужское имя, в частности, имя возничего Дхритараштры, которому Санджая повествует о происходящем на поле битвы в силу дара ясновидения, полученного им от мудреца Кришны-Двайпаяны, прозываемого Вьясой.

Рассмотрим образное значение имени Санджая: Сан – Светой, Д – Добро, Ж – Жизнь, А – Асъ (Азъ – Богочеловек). Объединённый образ: «Добропорядочно живущий Светой Богочеловек».

Хануман. В соответствии с ССРТСМ: Hanumant – обладающий крепкой челюстью; собственное имя «лесного человека», сына Бога Ветра, ревностного почитателя Рамы; так как Бгима тоже сын Бога Ветра, то оба Витязя встречаются как братья.

Образное значение имени Хануман таково: Хан – Предводитель, Ума – Ума, Н – Ны (Наш). Совместив образы воедино, получим: «Наш Хан Ума» или «Хан наших умов».

Три мира, о которых упоминает Арджуна в беседе в Крышенем, это миры Яви, Нави и Прави.

В этой же беседе Арджуна произносит фразу: «Смешение Варн из-за женщин». В данном случае имеется в виду то, что женщины часто склонны идти на поводу своих чувств вопреки здравому смыслу. В результате они могут зачать и родить детей от представителей других Варн, что, в конечном итоге, приведёт к вырождению рода.

Арджуна, также, произносит фразу: «Лишив Прародителей жертвенной пищи». Речь идёт о древнейшей Ведической обязанности сыновей — наследников рода совершать поминальные обряды, цель которых — обеспечение Предков, проживающих в мире Нави (через ритуальные жертвоприношения) энергетическим эквивалентом еды и питья. В связи с этим, гибель рода является не только земной, но и Вселенской катастрофой и равно страшна для обеих сторон: погибшие в сражении Витязи не смогут иметь заботящихся о Предках потомков. Выжившие в ратных подвигах Витязи, чьи руки обагрены кровью, не  вправе совершать поминальные обряды. Поэтому, в любом случае проживающие на Небесах Предки будут низвергнуты в нижние слои мира Нави и станут мучиться от недостатка жизненной энергии, как от голода и жажды.

Рамха: Ра – Изначальный Духовный Свет, М – Мысль, Ха – Энергия эволюции. Этими тремя рунами обозначен Надличностный (Безличностный) Аспект Всевышнего Прародителя. Прим. ред.

Ирий-Сад: Небесная Обитель Славяно-Арийских Богов и Многомудрых Предков. Тождественен (но не равен) христианскому Раю.

Самадхи. В соответствии с ССРТСМ: Samаdhi – dhа+sam = сведение, соединение, приведение в порядок, внимательность, углубление, погружение в; без дополнения: внимание, направленное на высшее, глубокое размышление; погружение, экстаз, состояние полной интраверсии, достигаемой после целого ряда физических и психических упражнений в сосредоточенности.

Образное значение слова Самадхи таково: Сам – Сам (без посторонней помощи), А – Асъ (Азъ – Богочеловек), Д – Добро, Х – Хиер (Единение Небесного и земного), И – Истина. Совместив образы воедино, получим: «Состояние Богочеловека, в котором он самостоятельно созерцает единение в себе и в мире Небесной Истины и земного Добра, т.е. достигает Духовного Просветления».

Гуны. В соответствии с ССРТСМ: Guna - «волокно», «кратность», «свойство», «качество». Санкхья различает 3 гуны, три основные качественные нити, из которых сплетается вся ткань Природы (Пракрити): Саттва (ясность, гармония), Раджас (движение, стремление) и Тамас (тьма, инерция). Если Гуны полностью уравновешены, то всякое проявление прекращается, и наступает Пралая, растворение, переход Природы в потенциальное состояние, нечто в роде энтропии, по учению физики прошлого века. Когда же равновесие нарушается, начинается процесс проявления. Бхагавадгита утверждает, что «первичным двигателем» (el primo motore философов Возрождения) является Пурушоттама, высочайший Дух.

Рассмотрим образное значение слова Гуны: Г – Глагол (Проявление Мысли), У – Устой (Порядок Вещей в мире), Ны – Наш. Объединённый образ: «Наш Порядок Вещей, движущий нашими помыслами» - качества и свойства энергий Природы, соответствующие Невежеству, Страсти и Добродетели.

Отвечая на вопросы Арджуны, Крышень произносит: «А люди, что жаждут удачи – ничтожны». Чтобы понять глубинный смысл этой фразы, надо рассмотреть изначальное значение слова Удачи: Уд – мужской половой член, Чи (Че) – Жизненная Сила человека. В Ведической Руси ведали, что обычно жаждут Уда Чи – беспутные (бесы управляют их жизненным путём), похотливые женщины и педерасты.

Нирвана. В соответствии с ССРТСМ: Nirvаna – «безветренность», «бездыханность». Понятие о Нирване весьма растяжимо — от значения просто «небытие» до значения «отрешенность ото всякого миропроявления», глубочайшей интраверсии, экстаза Бытия-Знания-Блаженства.

Образное значение слова Нирвана таково: «Не рваное», т.е. целостное восприятие мира (состояние Духовного Просветления).

СКАЗАНИЕ О СРАЖЕНИИ НА ПОЛЕ КАУРАВОВ (КУРСКОМ ПОЛЕ).

«Бхагаватгита» — Божественная Песнь, главы: 1, 2.

Когда Пандавы выполнили все условия проигрыша, когда миновал тринадцатый год их изгнания, они отправили к Дурьотхане посла с требованием возвратить им половину царства. Дурьотхана отказался. Так началась подготовка к Великой Битве Кауравов с Пандавами. Одни народы Славяно-Арийской Державы, в состав которой входила и Бхарата, стали на сторону Пандавов, другие примкнули к Кауравам.

Воплощённый на Земле Бог Крышень, приходившийся родственником и Пандавам и Кауравам, стал советником Пандавов и колесничим Арджуны, а войско своё отдал Кауравам. Войско Пандавов возглавил Дхриштадьюмна,  сын Друпады, царя Панчалов, а войско Кауравов — их дед Бгижма.

Битва произошла на необозримой равнине Курукшетре — на «Поле Кауравов», т.е. на «Курском поле», и длилась восемнадцать дней. Войско Пандавов состояло из семи ратей, которые возглавлялись Бгимасеной, Чекитаной — сыном царя племени Сомаков, и сыновьями Друпады, среди которых выделялись доблестью и военным искусством, помимо Дхриштадьюмны, Шикхандин и Сатьяка. Им помогали в битве юные сыновья Драупади, рождённые ею от пяти братьев Пандавов.

Во главе одиннадцати ратей кауравов стояли великий знаток оружия, ученый Крипа, царь племени Мадров Шалья, царь Бходжей и Андхаков Критаварман, сын Дроны Ашваттхаман, Карна, Сакуни и другие знаменитые Витязи.

Перед началом сражения, когда враждебные войска выстроились друг против друга, Арджуна отказался вести войну против своих родичей и близких. Тогда Крышень раскрыл Арджуне смысл вечной Дхармы — высшего духовно-нравственного Кона. Поучение Кришны и составило «Бхагавадгиту» — духовную сущность Ведического Эпоса Махабхараты.

О том, что происходило на поле боя, рассказал слепому царю Дхритарастре его возничий – Санджайя.

БХАГАВАДГИТА — БОЖЕСТВЕННАЯ ПЕСНЬ.

1.

И тот, на чьём знамени знак Ханумана,
Узрев Кауравов на поприще браном, -
 
Пред тем, как посыплются стрелы в окружье, -
«О, Крышень, - промолвил, вздымая оружье, -
 
Меж вражеских ратей, как раз посредине,
Мою задержи колесницу ты ныне,
 
Чтоб Витязей смог разглядеть я порядки,
С которыми биться мне надобно в схватке,
 
Кого здесь собрал, ради битвы не правой,
Царя Дхритарастры потомок лукавый».
 
И Крышень, услышав от Арджуны слово, -
Меж войск, озиравших друг друга сурово,
 
Огромную остановил колесницу
Пред всеми, кто сталью одел поясницу,
 
Пред Бгижмой и Дроной, - и молвил: «Кудрявый,
Теперь посмотри, каковы Кауравы».
 
Арджуна узрел: деды, прадеды, внуки,
Отцов и сынов увидал сильнорукий,
 
И братьев, и родичей, близких по крови, -
Калёные стрелы у всех наготове!
 
Враждою сородичей этих расстроен,
Высокою скорбью охвачен был Воин.
 
О, Крышень, - сказал: «Где же Конъ человечий?
При виде родных, что сошлись ради сечи,
 
Я чувствую – мышцы мои ослабели,
Во рту пересохло и дрожь в моём теле,
 
Мутится мой разум и кровь стынет в жилах,
И лук я удерживать больше не в силах.
 
Зловещие Знаменья вижу повсюду.
Зачем убивать я сородичей буду?
 
Мне царства, победы и счастья не надо:
К чему мне, Учитель, сей жизни услада?
 
Те, ради кого нам победа желанна,
Пришли как Воители вражьего стана.
 
Наставники, прадеды, деды и внуки,
Отцы и сыны напрягли свои луки,
 
Зятья и племянники, дяди и братья, -
Но их не хочу, не могу убивать я!
 
Пусть лучше я сам лягу мёртвым на поле:
За власть над мирами тремя и тем боле
 
За блага земные, - ничтожную прибыль! –
Нести не хочу я сородичам гибель
 
В убийстве сынов Дхритарастры какая
Нам радость? Мы грех совершим, убивая!
 
Ужели мы смерть принесём этим людям?
Счастливыми, близких убив, мы не будем!
 
Хотя Кауравы, полны вероломства,
Не видят греха в истребленье потомства,
 
Но мы-то, понявшие ужас злодейства,
Ужели погубим родные семейства?
 
С погибелью рода и Конъ гибнет вместе,
А там, где за Конъ – там и рода безчестье.
 
Там жёны развратны, где род обезчещен,
А там – и смешение Варн из-за женщин! 
 
А там, где смешение Варн, - из-за скверны
Мучения грешников будут безмерны:
 
И род, и злодеи, что род погубили,
И Предки, о коих потомки забыли,
 
Лишив Прародителей жертвенной пищи,  -
Все вместе окажутся в адском жилище!
 
А Варны смесятся, - умрёт всё живое,
Разрушатся все Родовые Устои,
 
А люди, забыв Прародителя Конъ,
Низринутся в ад, преступая за Конъ!
 
Замыслили мы ради царства и власти
Родных уничтожить... О, грех, о, несчастье!
 
О, пусть без оружья, без всякой защиты,
Я лягу, потомками Куру убитый»!
 
Арджуна так молвил на битвенном поле,
На дно колесницы поник, полон боли,
 
И, лик закрывая, слезами облитый,
Он выронил стрелы и лук знаменитый.
 

2.

Познавший высокую боль состраданья,
От Крышня услышал он речь назиданья:
 
«Как можно пред битвою – битвы страшиться?
Смятенье твоё недостойно Арийца,
 
Оно не дарует на поприще брани
Небесного блага и славных деяний.
 
Отвергни, Арджуна, ты страх и безсилье,
Восстань, чтоб врагов твои стрелы разили!»
 
Тот молвил: «Но как, со стрелой оперённой,
Мне с Бгижмой сражаться, с наставником Дроной?
 
Чем их убивать, - столь великих деяньем,
Не лучше ль в безвестности жить подаяньем?
 
Убив наших близких, мы станем ли чище?
О нет, мы вкусим окровавленной пищи!
 
Ещё мы не знаем, что лучше в сраженье:
Врагов победить, иль познать пораженье?
 
Мы жизнью своей наслаждаться не сможем,
Когда Дхритарастры сынов уничтожим.
 
Я – Твой ученик. Ты учил меня долго,
Но в Суть не проник я ни Кона, ни Долга.
 
Поэтому, я вопрошаю, Могучий,
Ты должен мне ясно ответить: что лучше?
 
Мне счастья не даст, - ибо сломлен скорбями, -
Над смертными власть или власть над Богами,
 
И вот почему я сражаться не стану!»
Сказал - и замолк, в сердце чувствуя рану.
 
А Крышень, с улыбкой загадочной глянув,
Ответил тому, кто скорбел между станов:
 
«Мудрец, руководствуясь Кономъ Всеобщим,
Не должен скорбеть по живым, по усопшим.
 
Мы были всегда – я и ты, и всем людям,
Подобно, во веки и впредь мы пребудем.
 
Как в теле, что нам в сей юдоли досталось,
Сменяются детство, и зрелость, и старость, -
 
Сменяются наши тела, и смущенья
Не ведает Мудрый в ином воплощенье.
 
Есть в чувствах телесных и радость и горе;
Есть холод и жар; но пройдут они вскоре;
 
Мгновенны они... О, не будь к ним привязан,
Арджуна, их все обуздать ты обязан!
 
Лишь тот, ставший Мудрым, безсмертья достоин,
Кто стоек в несчастье, кто в счастье спокоен.
 
Скажи, - где начало и где основанья
Несуществованья и существованья?
 
Лишь тот, кому Правды открылась основа,
Увидит границу того и другого.
 
Где есть Безконечное, нет прекращенья,
Не знает Извечное уничтоженья.
 
Тела преходящи; мертва их отдельность;
Лишь Вечного Рамхи жива безпредельность.
 
Не плачь же о тех, кто слезы не достоин,
И если ты Воин, - сражайся как Воин!
 
Кто думает, будто бы он есть убийца,
И тот, кто в бою быть убитым боится, -
 
Равно не разумны: равно не бывает
Ни тех, кто убил, ни кого убивают.
 
Для Духа нет смерти, как нет и рожденья,
И нет сновиденья, и нет пробужденья.
 
Извечный, - к извечной стремится он цели;
Пусть тело мертво, - Он живёт в мёртвом теле.
 
Кто понял, что Дух всегда был, всегда будет, -
Тот сам не убьёт, и убить не принудит.
 
Смотри: обветшавшее платье мы сбросим,
А после – другое наденем и носим.
 
Так Дух, обветшавшее тело откинув,
В другом воплощается, старое скинув,
 
В огне не горит Он и в море не тонет,
Не гибнет от стрел и от боли не стонет.
 
Он – Неопалимый, и Неуязвимый,
И Неувлажняемый, Неизсушимый.
 
Он – Всепроникающий и Вездесущий,
Недвижный, Текущий, Извечно Живущий.
 
А если Он Есмь, - хоть не зрим и не явлен, -
Зачем же страдаешь ты, скорбью подавлен?
 
Но если бы даже ты жил с убежденьем,
Что Дух подлежит и смертям и рожденьям, -
 
Тебе и тогда горевать не годится:
Рождённый умрёт, а мертвец возродится.
 
И должен ли ты предаваться печали,
Поняв, что не явленны Твари в начале,
 
Становятся явленными в середине,
Неявленность вновь обретя при кончине?
 
Кто Духа не видел, подумает: чудо!
И тот, кто увидел, подумает: чудо!
 
А третий о Нём с изумленьем внимает,
Но даже внимающий – не понимает!
 
Всегда Он безсмертен, в любом воплощенье, -
Так может ли смерть принести огорченье?
 
Исполни свой долг, назиданье усвоя:
Ты – Витязь – рождён ради Правого Боя.
 
Сраженье для Витязя – это отрада,
Отверстые врата Ирийского Сада,
 
А если от Битвы откажешься Правой,
Ты, грешный, расстанешься с Честью и Славой.
 
Ты будешь позором покрыт, а безчестье
Для Витязя горше, чем гибель в безвестье.
 
Отважные скажут: «Он струсил в сраженье».
Презренье придёт, и уйдёт уваженье.
 
Издёвку и брань ты услышишь, к тому же
От недругов злобных. Что может быть хуже!
 
Убитый, - достигнешь Ирийского Сада.
Живой, - на Земле насладишься, как надо.
 
Мужайся, Арджуна, восстань, и решенье
Прими, и вступи, многомощный, в сраженье!
 
Признав, что удача подобна потере,
Что горе и счастье – равны в полной мере,
 
Признав, что победе равно пораженье, -
В сраженье вступи, что б не впасть в прегрешенье!
 
Услышал ты доводов разума много:
И внемли, чему учит светлая Йога.
 
Ты, к Кону её приобщиться готовый,
Возмездия – Кармы – разрушишь оковы.
 
На этом пути все усилья успешны, -
Утешны они, потому что безгрешны,
 
И смерть не страшна, если даже досталась
Тебе в этой благости самая малость.
 
На этом пути разум целен и прочен,
У прочих – безволен, расплывчат, неточен.
 
Начётчики, Веды читая безстрастно,
Болтают цветисто: «Лишь небо прекрасно!
 
Исполните все предписанья, обряды –
Достигнете власти, Ирийской отрады»!
 
Но разум, что к власти исполнен пристрастья,
Не знает Самадхи – восторга и счастья!
 
Относятся Веды к трём Гунам – к трём свойствам,
Природы – со всем её бренным устройством.
 
Отвергни три Гуны, стань Вольным и Цельным!
Избавься от двойственности, с Безпредельным
 
Сольёшься и собственности не захочешь,
Себя, Прародителю предан, упрочишь.
 
Нам Веды нужны лишь как воды колодца:
Чрез их глубину – Рамхи суть познаётся!
 
Итак, не плодов ты желай, а деянья,
А ради плодов прекрати ты страданья.
 
К плодам не стремись, не нужна их услада,
Однако, бездействовать тоже не надо.
 
Несчастье и счастье – земные тревоги –
Забудь; пребывай в равновесии – в Йоге.
 
Пред Йогой – ничто все дела, ибо ложны,
А люди, что жаждут удачи,  - ничтожны.
 
Грехи и заслуги отвергни ты разом:
Кто к Йоге пришёл, тот постиг Высший Разум.
 
Отвергнув плоды, сбросив путы рожденья,
Достигнешь безстрастия и избавленья
 
От всех заблуждений – не будь к ним причастен.
Ты станешь, от них отрешённый, безстрастен.
 
К тому, что услышишь, к тому, что услышал:
Из дебрей ты шёл и к простору ты вышел.
 
Как только твой разум отвергнет Писанье,
Ты к Йоге придёшь, утвердясь в Созерцанье».
 
Арджуна спросил: «Есть ли признак, примета
У тех, кто достиг Созерцанья и Света?
 
Какие поступки, слова и дороги
У Мудрого, светлой достигшего Йоги»?
 
И Крышень Арджуне открыл пониманье:
«Когда человек, превзошедший желанья,
 
Привержен – лишь радости, в нём заключённой, -
Тогда он Светой, от всего отрешённый.
 
Кто в счастье спокоен и стоек в несчастье,
Не ведает гнева, и страха, и страсти,
 
И не ненавидит, и не вожделеет, -
Тот к Йоге всей сутью своей тяготеет.
 
И если, как лапы свои черепаха,
Вбирает он чувства свои, чтоб от праха
 
Отвлечь их, - от вкуса к бездушным предметам, -
Его ты узнаешь по этим приметам.
 
Предметы уходят, предел им назначен,
Но вкус к ним ещё Мудрецом не утрачен:
 
К земным наслажденьям он вкус уничтожит,
Как только узреть Прародителя сможет.
 
Ведь даже идущий путём наилучшим
Порой подчиняется чувствам кипучим,
 
Но, их обуздав, он придёт к Высшей Цели
И Воли достигнет, - безвольный доселе.
 
Где чувства господствуют – там вожделенье,
А где вожделенье – там гнев, ослепленье,
 
А где ослепленье – ума угасанье,
Где ум угасает – там гибнет познанье,
 
Где гибнет познанье, - да ведает всякий, -
Там гибнет дитя человечье во мраке.
 
А тот, кто добился над чувствами власти,
Попрал отвращенье, не знает пристрастий,
 
Кто их навсегда подчинил своей Воле, -
Достиг просветленья, избавясь от боли,
 
И сердце с тех пор у него безпорочно,
И разум его утверждается прочно.
 
Вне Йоги – к разумным себя не причисли:
Вне ясности нет созидающей мысли;
 
Вне творческой мысли – нет мира, покоя,
А где вне покоя и счастье людское?
 
То сердце, что чувств разных алчет и просит,
У слабого духом сознанье уносит,
 
Как ветер стремительно и невозбранно
Уносит корабль по волнам океана.
 
Так знай же, могучий на битвенном поле:
Там – Разум и Мудрость, где чувства – в неволе.
 
Всё то, что для всех – сновиденье, есть бденье
Того, кто своё пересилил хотенье,
 
А бденье всего, что познало рожденье,
Для истинно Мудрого – есть сновиденье.
 
Как воды текут в океан полноводный –
Вот так для желаний есть доступ свободный
 
К душе Мудреца; он прибудет в Нирване,
Но только не тот, кто исполнен желаний!
 
Кто Волен – от самости, верной тропою
Придёт тот, поправ вожделенье, к покою.
 
Ты с Рамхой Извечным достиг ли Со-Знанья?
С Ним слившись – отвергнешь дурные деянья.
 
Пусть даже к Нему ты придёшь при кончине, -
Поймёшь, что в Нирване пребудешь отныне»!
 
Другие части этой статьи:
 

 
Распространение материалов приветствуется со ссылкой на сайт rodobogie.org и автора публикации.